понедельник, 25 августа 2014 г.

Смена парадигмы: фашизм на рашизм

http://olga-andronova.livejournal.com/569514.html
С детства нас растили в убеждении, что Россия и русские понесли огромные жертвы, но отстояли мир от фашизма. Хуже гитлера и его подельников отродясь в мире не было. Потому моя мама настороженно отнеслась к тому, что у нас появился друг-немец, и его первый визит в наш дом встретила с прямой спиной и замороженным лицом. Для польских друзей – профессорской семьи – мы с ней еще в СССР разыскивали путеводители по Петербургу-Ленинграду без немецкого текста. Потому что его жена прошла Освенцим – Аушвиц.
По мере получения доступа к информации моё отношение к истории России в XX веке менялось – выяснялось враньё в учебниках и толстых фолиантах по истории, экономике и рушились догмы.
Оставались постулаты «Чужой земли мы не хотим ни пяди, но и своей вершка не отдадим» и «мы не рабы». И русская правда об остановленном нашествии фашистских орд оставалась непоколебленной.
Теперь хуйло наглядно, нагло и бесстыдно показал: русские рабы. У всех и каждого, кому не лень нагаечкой свистнуть – у криминальных ЛКН, азиатов, хазар и пГавославнутых воров.
Армия РФ захватывает чужую землю ради воровской путиной хунты. Убивает, насилует, грабит.
Получается, что заразилась 70 лет назад моя страна фашизмом, потом был долгий инкубационный период, теперь нарыв лопнул, гной фонтанирует – и душит Россию и пачкает соседей.
Сегодня хоронили псковских десантников:
«Пять вопросов Министерству обороны о псковскихдесантниках»;
«Тяжело в учении - легко в гробу» ;
«В Пскове прошли закрытые похороны местных десантников» .
Меня так воспитали: чинуши могут быть продажными сволочами, но есть армия России, последнее прибежище, она спасёт и успокоит. Для армии – всё.
А теперь получилось - прибежище негодяев.
В каком качестве они пошли воевать? Подписали бумаги, о том, что якобы уходят с контракта и за деньги рванули убивать? Подло. Закономерно и родня их сдала: «оказание семьям материальной помощи ставится в зависимость от подписки о неразглашении, которую командование берет с жен и родителей погибших десантников». То есть они поступились совестью российского военного, а родня продала жизни своих детей и мужей за обещание бабок.
Но обещать – не значит жениться. Кому поверили – голодец? Скрынник, арбидолиха, скворчиха, наебулина ничему не научили? Юридических оснований для выплат – НЕТ. Формально войны – НЕТ. Потому кинут. Зря своих посмертно продали.
Уже и диагноз болезни поставили – «обыкновенный рашизм».
 
 

4 комментария:

  1. Она, действительно, рассказывала мало. Мои мать и бабушка, прошедшие Блокаду, бабушкина сестра – главбух фабрики «Рот-Фронт» - тоже мало рассказывали. Редко, к случаю – сидела после школы в вольтеровском кресле, еще в служебной квартире на Московском вокзале. Там где наша комната была окном в окна ж/д пересыльной тюрьмы. Читала запоем Жюль Верна, 10 тыщ лье под водой, рядом положила кусочек хлеба и стакан воды. Надо было, конечно, уроки делать… Открылась дверь, вошла бабушка и прямо у порога с палкой и осела. Я к соседям за помощью, бабушку подняли, отпоили. А она сказала «вошла и показалось, что это Марьяна в кресле сидит». Мне тогда 10 не было, а мама войну встретила 14-летней. Но по размерам я её напомнила.
    Шли с мамой по улице, на другую сторону из школы перебегает с угла девчонка-школьница, мама вдруг остановилась и взялась за рукой за горло. «Здесь», - говорит, - «в Блокаду я пошла домой, а подружка туда побежала – а в дом попал снаряд, и ее вместе с домом убило». Мама как-то раз к слову вспомнила, как ее мать, моя бабушка, придя с очередной смены с вокзала в сердцах сказала «хоть бы немцы пришли, навели порядок и перестреляли эту комсволочь». Дядя Ваня (Бычков Иван Афанасьевич, чл-корр АН СССР и еще 13 академий мира) строгим голосом ответил «Лена, я откажу тебе от дома, если ты будешь так говорить. Германцы никогда не войдут в Петербург». Я потом спросила у бабушки – та мне и ответила, что до Жукова на погрузке вывозимого из города промышленного оборудования и материальных ценностей – Эрмитажных в т.ч. – прискакивала партийная сволочь, и заставляла грузить свое барахло. А она ничего не могла поделать. Когда командование перешло к Жукову, ей придали солдатика с ружьем и самой – табельное. И право гонять и применять оружие. Главное было – отправить состав. Хотя, время конечно было упущено. Но после ноябрьской бомбардировки мост через Неву был восстановлен – ими, женщинами и девочками блокадного города, по пояс в воде восстанавливали опору пробитую – и поезда шли.
    Но мало, мало, мало слушала. И я была идейная – пионерка, комсомолка. Только в 30ке начала не только читать, но и думать

    ОтветитьУдалить
  2. Конечно. Надо было буквами писать, а я все сокращаю тексты :-(.

    ОтветитьУдалить
  3. Вы правы.
    Меня огорчает то, что ведь всё это мы уже видели по отношению к воевавшим в Афганистане, и к ликвидаторам последствий чернобыльской катастрофы. Помню суд, выигранный инвалидами-чернобыльцами по выплате им пособий в Приморском крае. Судью за это УВОЛИЛИ, а её ПРИГОВОР ОТМЕНИЛИ. Это уже хуйло кошмарило Россию. Знакомым афганцам чинушки вопили: «я вас в афган не посылал». Помню крик сотрудницы ЛЭТИ, когда ей похоронку принесли на работу, а я зашла как раз по делам. Помню, как преподу с кафедры ТОЭ Прохоровой позвонили из военкомата и ПО ТЕЛЕФОНУ сказали, что вместо дембеля её сына из Афганистана пришла на него похоронка. Он у нее был один, с мужем рассталась давно, жила для сына. Интеллигентная, хрупкая, невысокая, карелка по национальности.
    Сил уже душевных нет писать, как издевались над чернобыльцами – ни медпомощи, ни пособий. Всё пожрала моль – Ебень с Хуйлом. И их подельники.
    Но помню точно, что первая мысль, когда пришла в себя после родов была «войска из афгана должны успеть вывести, мой до того не вырастет».
    И вот так уже век – 100 лет без малого – сами живем как прОклятые и мир кошмарим. Наперегонки с гитлером.
    I hate war – это лозунг Рузвельта. Я такого президента хочу – а лживое насквозь сгнившее хуйло пусть дьявол забирает – нагадил уже запредельно.

    ОтветитьУдалить
  4. Уж не знаю, говорим ли мы об одном и том же, но я при любом раскладе не сторонник насилия над человеком. Даже над учеными путем создания «шарашек», хотя для меня это наиболее эффективный (судя по результатам) способ получить искомый результат. То есть: никаких концлагерей, никаких ГУЛАГов. Свободный труд сложно организовать, он не всегда результативен, но результат путем внеэкономического принуждения – всегда должен быть отвергнут. То есть гуманизм как знание, вера, догматы и постулаты, и руководство к действию, и технология действий.
    Потому рассуждать, насколько плохо было в концлагерях, не вижу смысла – плохо по определению. Вне этнических и национальных особенностей Германии и России.

    ОтветитьУдалить